Исторические факты, зарубежная и отечественная история.

Униатское религиозно-церковное движение в восточно-европейском регионе

 

Содержание.

Введение

Глава 1. Вильня - Москва: начало государственно-церковного соперничества.

Глава 2. Унии - поприще великих князей.

Глава 3. Идея веротерпимости, как альтернатива идеи унии.

Глава 4. Возрождение идеи церковной унии во второй половине XVI в.

Глава 5. Коренной перелом в государственной политике: курс на локальную церковную унию.

Глава 6. Первая волна антиуниатского протеста. Союз православных с протестантами.

Глава 7. Королевский универсал от 24 сентября 1595 года. Миссия в Рим.

Глава 8. Брестская церковная уния: униатский и православный соборы.

Глава 9. Антиуниатский протест.

Глава 10. Итоги Брестского варианта церковной унии.

Глава 11. Униатская церковь в XVII-XX вв..

Глава 12. Заключение.

Список литературы.

 

Введение

Одной из проблем ученых в восточно-европейском регионе является история униатского религиозно-церковного движения, над решением которой эти ученые будут работать еще не одно десятилетие. Эта проблема затрагивает такие актуальные вопросы, как становление государственности, развитие национальной культуры, и, в первую очередь специфику общественно-политической и религиозной жизни Беларуси в XIII-XX вв. На сегодняшний день написано множество литературы, содержащей самые разнообразные, полностью противоположные оценки исторических событий, посвященных Брестской и Церковной унии.

Уния – явление противоречивое и неоднозначное – так характеризуют его современные исследователи. Рассматривать церковную унию необходимо с момента возникновения Великого Княжества Литовского и заканчивая настоящим временем, с точки зрения ее исторического развития, динамики, как явление, связанное со сложной государственной, социальной, культурной жизнью украинского и белорусского народов. Этому феномену невозможно дать ни положительной ни отрицательной оценки.

Глава 1. Вильня - Москва: начало государственно-церковного

соперничества.

Впервые, попытку создать отдельное государство на востоке Киевской Руси предпринял суздальский князь Андрей Боголюбский (1155г.). Он назначил попа Федора епископом Ростовским и Суздальским, но константинопольский патриарх не принял новой митрополии. Со временем Северо-Восточная Русь становится отличной от Юго-Западной Руси, а Владимир, Ростов Великий и Суздаль вместе с Москвой начинают противопоставлять себя Киеву. Доказательством этого служит поход Андрея Богословского на Киев в 1171 году, в результате которого “мать городов русских” стала прибежищем варваров, что привело к разграблению церквей и монастырей.

Великие киевские князья стали понимать, насколько независимая церковь укрепляет суверенитет государства. Поэтому и стремились они посадить на митрополитский престол своего священника – киевского, смоленского, полоцкого. Вскоре к этому же стали стремиться литовские и московские великие князья. Первым митрополитом-славянином стал Илларион (1051), один из наиболее интеллектуальных людей своего времени, автор знаменитого “Слова пра Закон i Боскую ласку”. Другим достаточно известным местным митрополитом был Климент Смолятич (1147), “книжник и философ, какого на русской земле еще не было”. Климента, как последователя западно - православной церковной автономии, поддерживал великий киевский князь Изяслав, а против его кандидатуры выступил владимиро-суздальский князь, основатель Москвы Юрий Долгорукий. Борьба, развернувшаяся около кандидатуры Климента Смолятича, служила доказательством существующих противоречий в организационно-церковных направлениях западной и восточной частей Киевской Руси.

В результате поддержки православной церкви в XIV веке произошло возвышение московского князя. Политическая ошибка тверского князя Михаила Ярославовича (он не признал митрополита Петра, назначенного Константинополем) привела к тому, что Петр стал приверженцем Юрия, и чаще жил в Москве, чем во Владимире. В 1355 году решением константинопольского патриаршего синода резиденция киевских митрополитов была перенесена во Владимир, фактически же митрополит жил в Москве.

После татаро-монгольского нашествия, в результате распада Киевской Руси появились и стали четко выделятся три центра, претендующие на государственную гегемонию: северо-западный (Новогрудок, Полоцк, Вильня), юго-западный (Владимир-Волынский, Галич, Львов), и северо-восточный (Москва, Суздаль, Владимир, Тверь). Если северо-восточные княжества в своей политической деятельности опирались преимущественно на силу татаро-монгольских ханов, то северо-западные и юго-западные князья бывшей Киевской Руси полагались на западные страны и церкви. Это сильно повлияло на менталитет восточного и западного православия. Вместе с тем Киев стал очень опасен для православных митрополитов, и, после очередного разграбления Киева татаро-монголами в 1300 г. киевский митрополит переносит свою резиденцию во Владимир.

Очень важной в политической деятельности великих князей литовских была проблема автономии западноправославной церкви. Примерно в 1320 г. великий князь Гедемин добился открытия новой митрополии, центром которой стала Новогрудка, куда входили Полоцкая и Туровская епархии. Тем не менее, благодаря усилиям московского митрополита митрополия вскоре была закрыта.

Значительную лепту в дело перемещения духовно-административного центра восточнославянского православия в ВКЛ внес великий князь Альгерд. В 1354 году он сделал попытку посадить на митрополию в Киеве своего родственника Романа, а его соперником на это место стал московский претендент Алексий. В результате Константинополем был достигнут компромис: Алексий стал митрополитом, а во власть Романа кроме Полоцкой и Туровской перешли Луцкая, Холмская, Владимиро-Волынская, Перемышльская и Галицкая епархии. После присоединения к ВКЛ Чернигова и Брянска Роман стал и брянским епископом.

Иеромонах Киприан Цамблак - посланец константинопольского патриарха, который появился в ВКЛ в 1373 году, вошел в доверие к Альгерду и с согласия Константинополя был назначен митрополитом "киевским, галицким и всея Руси“ (1375). Москва категорически не принимала его в этом качестве. После смерти московского митрополита Алексия в 1378 году, новый митрополит прибыл в Москву для того чтобы объединить церкви ВКЛ и Великого княжества Московского, но по приказу Дмитрия Ивановича был арестован и выслан за пределы Московии. Позже Киприан Цамблак помирился с московским князем и стал митрополитом Москвы.

Глава 2. Унии - поприще великих князей.

Католичество начало проникать в ВКЛ еще до Киевской унии. После ее заключения (1385) происходит массовое крещение литовцев и католичество, как и православие, становится государственным вероисповеданием. Несмотря на это православная церковь остается в ВКЛ довольно влиятельным церковно-идеологическим и социально-политическим институтом, за которым стояло значительное большинство представителей разных сословий и простого народа. Мощной поддержкой православного вероисповедания в ВКЛ являлась доминирующая роль культуры славянского этноса, государственное положение белорусского языка.

Западное православие всегда считало своим напарником православие восточное. Тем не менее, религиозно-церковные связи между этими ветвями одной веры разрушались под давлением государственных интересов и возрастающего политического соперничества между ВКЛ и Московским государством. Положение православия резко ухудшилось в результате Городельского постановления 1413 года, согласно которому на высокие государственные должности в ВКЛ принимались только лица римско-католического вероисповедания. Между тем великие князья считали, что бирелигиозность основного населения ВКЛ таит в себе некую социально-политическую опасность. Поэтому возникновение идеи унии не было неожиданным явлением. Когда в 1396 году Вильню посетил московский митрополит Киприан Цамблак, между ним и Ягайло произошел разговор о необходимости унии между православной и римско-католической церквями. Король и митрополит обратились к константинопольскому патриарху, который поддержал эту идею, но отметил, что реализацию ее надо отложить в связи с войной против турок.

Церковная политика Витовта, как и других великих князей, вытекала из его общегосударственной деятельности. Стремление к церковной автономии и унии являлось частью его внутренней и внешней политики, его противостояния и борьбы за гегемонию с Московским государством. Еще до Грюнвальда Витовт обратился к константинопольскому патриарху с просьбой назначить митрополитом “всея Руси” полоцкого епископа Феодосия и резиденцией его сделать Киев. Однако византийский император и патриарх поддержали Москву, и митрополитом был поставлен грек Фотий.

В начале 1414 г. произошла встреча белорусско-украинских епископов, которые обратились к великому князю с жалобой на митрополита Фотия, в результате чего Витовт отказался от последнего и выдвинул на митрополитский престол своего кандидата – Григория Цамблака, племянника бывшего митрополита Киприана, выдающегося церковного и культурного деятеля западных славян. Осенью 1414 года на соборе православных церковных иерархов ВКЛ, созванном по инициативе Витовта, Григорий Цамблак был избран митрополитом. Он направился в Константинополь для утверждения патриархом, но его опередил московский ставленник Фотий.

В начале 1415 года Витовт снова созывает собор, на котором убеждает белорусских и украинских епископов без санкции патриарха поставить Цамблака на митрополию. 15 ноября 1415 года на соборе в Новогрудке это было сделано. Епископы объявили об отречении от московского митрополита. Патриарх и Фотий предали Цамблака анафеме.

В 1418 году во главе большой делегации Григорий Цамблак направился в Констанцу, кде должен был произойти XVI Вселенский собор католической церкви. Цель визита была обозначена заранее с Ягайло и Витовтом: добиться более-менее тесного союза между католической и православной церковью. В своих двух выступлениях на соборе Цамблак призывал к восстановлению былого единства христианства. Он предлагал созвать специальный собор о вере и в свободной дискуссии, руководствуясь взаимной терпимостью, решить все спорные вопросы. Итогом должен был стать равноправный союз между католической и православной церковью. По мнению исследователей, Цамблак являлся первым автором гуманистической модели церковно-религиозного согласия, унии католичества и православия в общехристианском масштабе. Но план Цамблака не был принят ни Папой, ни большинством православных епископов. Он вернулся в Вильню и, по некоторым сведениям, умер в 1419 году.

Есть данные о контактах с Римом относительно унии в 1434 году великого князя Свидригайло Альгердовича и православного смоленского епископа Герасима.

В годы великого княжения Казимира Ягайловича (1447-1482) была предпринята новая, довольно удачная попытка создания православной автокефалии. В 1458 году Казимир дал согласие на основание отдельной православной митрополии для ВКЛ. Номинальным митрополитом стал Исидор. А поскольку он был очень стар, то остался в Риме, а управлять белорусско-украинской церковью прислал своего ученика Григория, который через некоторое время был посвящен в сан митрополита. Как считает А.В.Карташев, именно “отсюда начинается особая история западнорусской церкви, и от Григория ведет свое начало ряд независимых от Москвы западнорусских митрополитов”.

После смерти Григория (1473) белорусско-украинским митрополитом стал смоленский епископ Мисаил (1475-1480), который являлся сторонником унии. Мисаила активно поддерживали две наиболее влиятельные православные организации ВКЛ: Киево-Печерская лавра и Виленский Свято-Троицкий монастырь, а также определенное количество знатных православных светских лиц, которые были в родстве с католическими фамилиями. От их имени Папе Сиксту IV в 1476 году была направлена письменная просьба о целесообразности и необходимости объединения церквей.

С 1480 года в ВКЛ установилась довольно демократичная процедура назначения православных митрополитов: с согласия великого князя они вывыбирались собором, а патриаршее посвящение получали на месте от патриаршего экзарха. Это уже был явный шаг к автокефалии. Белорусско-украинские митрополиты жили главным образом в Вильне, но формально их резиденцией считалась Киево-Печерская лавра. В конце XV века снова была проведена попытка реализации униатской идеи, инициатором которой выступил белорусско-украинский митрополит, смоленский епископ Иосиф (1497-1501). Он вступил в контакт с римским Папой Александром VI. При этом римско-католическая сторона определяет ряд догматических отличий, которые препятствуют объединению. Православные:

    1. не признают, что Святой Дух исходит и от Сына;
    2. причащаются квасным хлебом;
    3. используют не только виноградное, но и ягодное вино;
    4. причащают всех, даже младенцев;
    5. не признают чистилища;
    6. не признают первенства римского Папы.

Глава 3. Идея веротерпимости, как альтернатива идеи унии.

В Московском государстве веками складывалась великодержавная идеология. Она определяла историческую практику России, внутреннюю и внешнюю политику, в том числе и отношения с ВКЛ. Ее основанием были следующие положения:

    1. самодержавие является единственной оптимальной политической системой власти;
    2. русский царь является единственным властителем “всея Великия, Малыя и Белыя Руси”;
    3. русское православие является единственной правдивой религией.

Менталитет белорусско-литовско-украинского общества значительно отличался от менталитета общества московского. Его основой являлась либеральная идея в ее первоначальной форме, а именно признание конституционной монархии в качестве оптимальной политической системы власти. Другой характерной чертой менталитета населения ВКЛ являлся плюрализм религиозно-церковной жизни, который принуждал светскую власть проводить политику относительной веротерпимости.

Несмотря на сложную международную обстановку и войны в XV – первой половине XVI века в ВКЛ происходит определенная стабилизация внутренней социально-политической, религиозно-церковной и духовно-культурной жизни. Возникает ряд правовых актов, привилеев, которые уравнивают в правах православных и католиков, постепенно устанавливают в стране атмосферу религиозной толерантности. Значительно улучшается положение православия при великом князе Жигимонте I (1506-1548), что в первую очередь связано с именем белорусско-украинского митрополита Иосифа II Солтана. По его инициативе на Виленском церковном соборе (1509) были приняты решения, которые укрепляливласть митрополита над епископами и священников над мирянами. Солтан добился отмены постановления, которое запрещало православным строить новые церкви и восстанавливать старые. За годы княжения Жигимонта I значительно увеличилось количество православных монастырей (с 30 до 50). Количество православных церквей в Вильне увеличилось до 20, в Пинске – до 12, в Полоцке – до 7, в Гродно – до 6.

Но доминирующим принцип религиозной толерантности становится во время правления великого князя и короля Жигимонта II Августа (1544-1572). Важную роль в установлении этого принципа в общественной жизни ВКЛ сыграло реформационно-гуманистическое движение, которое охватило не только католическое, но и православное население ВКЛ, в первую очередь магнатов и шляхту. Он склонил короля издать ряд указов, которые закрепили принцип веротерпимости в качестве правовой нормы. Так, на сейме в Вильне (1563) Жигимонт II издал свой знаменитый декрет, который устанавливал равенство православной и католической шляхты. Сейм в Гродно (1568) подтвердил этот акт. Уже после смерти короля была принята Варшавская конфедерация (1573), которая провозглашала равенство всех христианских вероисповеданий ВКЛ – православного, католического и протестантского – и как юридическая норма была закреплена в Статуте ВКЛ 1588 года.

Этот относительно короткий промежуток времени в общественной жизни ВКЛ белорусский писатель конца XVI – начала XVII века Федор Евлашевский назвал “золотым веком”. Именно “золотой век”, век относительной религиозной свободы и общественного равновесия, предложил нации в качестве альтернативы униатской модели религиозно-церковной жизни модель гуманистическую, либерально-демократическую, основой которой должна стать религиозная толерантность, интеллектуальная свобода, отказ от духовного, в том числе и религиозного, принуждения.

И великой трагедией для белорусско-украинского народа был отказ от этой либеральной модели и обращение к другой, унитарной модели религиозно-интеллектуальной жизни. С ней не могла согласиться ни большая часть православного населения Речи Посполитой, ни православная Россия. Структура религиозно-церковной жизни ВКЛ органично требовала другой модели, и политика религиозно-церковной унизации неизбежно должна была вызвать мощный конфликт, что и произошло.

Глава 4. Возрождение идеи церковной унии во второй половине XVI в.

Новая жизнь, которую приобрела идея церковной унии во второй половине XVI века связана с рядом факторов геополитического, духовно-культурного и религиозно-церковного характера. Одним из них была возрастающая угроза независимости ВКЛ, которая исходила со стороны Московского государства. В результате ВКЛ было вынуждено пойти на более тесную интеграцию с Польшей. Политическим проявлением этой интеграции стала Люблинская уния 1569 года, по которой ВКЛ и Польша объединялись в одно федеративное государство. Церковная уния рассматривалась как логичное продолжение интеграционной политики.

Тем не менее возникает вопрос: почему идею церковной унии поддержали почти все православные епископы, многие священники среднего звена, многие выдающиеся православные церковные и культурные деятели, белорусские паны и шляхта, которые раньше поддерживали Реформацию? Наконец, почему правительство Речи Посполитой, значительная часть правительственных лиц ВКЛ, и в их числе канцлер Лев Сапега, переориентировались с идеи религиозно-церковного плюрализма на идею унии? Ведь именно эта идея показала свою жизнеспособность в условиях ВКЛ. Некоторое время она даже являлась основой государственной религиозно-церковной политики, что зафиксировано в Статуте 1588 года. Политика веротерпимости принесла довольно позитивные результаты, она создала условия, которые способствовали поддержке общественного согласия, развитию духовной культуры, ослаблению социально-религиозного напряжения. Тогда почему?

В первую очередь надо отметить, что идея религиозного согласия через унию, несмотря на то, что в течение многих веков она так и не смогла реализоваться, продолжала оставаться “голубой мечтой”, очень привлекательной идеей для многих искренне верующих христиан, в том числе белорусов и украинцев. Менталитет населения ВКЛ был запрограмирован на согласие, а не на конфронтацию. Многие образованные белорусские и украинские общественные и государственные деятели, священники, писатели, купцы, ремесленники жили иллюзией унии, верили в возможность достижения в ВКЛ, Речи Посполитой, вообще во всем христианском мире церковного согласия, конфессионального мира методом простого соединения православия и католичества. Для этого, считали они, надо сделать усилие, подняться выше своих религиозно-догматических амбиций, пойти на компромисс, тем более, что оба вероисповедания – христианские. К тому же значительная часть православных белорусских и украинских панов и шляхты, и даже мещан, была породнена с католическими семьями. Яркий пример: глава православной антиуниатской партии Константин Острожский. Его жена Софья Тарновская – католичка, сын Януш –тоже католик, дочери – замужем за протестантами Криштофом Радзивилом и Янушем Кишкой. Таким образом, надо было вернуть мир в общество, согласие в семьи, равновесие в души людей, и многие надеялись, что это сможет сделать уния.

Далее, идея унии от начала контрреформации интенсивно пропагандировалась папством, западной церковью, иезуитами. Последние добрались даже до Ивана Грозного и уговаривали его принять унию. На белорусско-украинские земли идея контрреформации пришла обогащенная предыдущим опытом проб и ошибок,вооруженная идеями теологов и философов иезуитского ордена. Деятели контрреформации сделали ставку не только на массовую религиозно-политическую, в том числе и униатскую, пропаганду, но и на широкую культурно-просветительскую деятельность, в первую очередь на организацию школьного и книгоиздательского дела, поддержку искусства. Ни одна магнатская фамилия, ни один шляхетский дом не остолись без внимания отцов-иезуитов. Поэтому не удивительно, что к идее унии белорусско-украинское общество было относительно подготовлено.

Как уже отмечалось, с идеей унии была связана идея церковной, а с ней и государственной независимости. Как известно, отстаивая свой суверенитет, ВКЛ противостояло имперским устремлениям, с одной стороны - феодально-католической Польши, с другой – православно-самодержавной России. В этой геополитической ситуации ставка делалась не только на военную силу, но и на дипломатию, религиозно-церковную политику. Определенным кругам в ВКЛ казалось, что проблему противостояния, давления как с Запада, так и с Востока можно решить путем глобального церковного компромисса, религиозного согласия между восточной и западной церковью (К.Острожский и его окружение). Но этот план оказался утопическим, так как скоро выяснилось, что Москва ни на какие – ни политические, ни религиозные – компромиссы идти не хочет. Невозможность компромисса стала очевидной в результате установления в России самодержавного строя, усиления в ее политике имперских устремлений. Больше всего напугала общество ВКЛ Ливонская война, в результате которой значительная часть белорусской территории была захвачена Московским войском. В 1589 году была создана Московская патриархия, которая стремилась распространить свою власть и на белорусско-украинскую православную церковь. Все эти события оказали огромное влияние на политику ВКЛ, в том числе и политику религиозно-церковную.

  Глава 5. Коренной перелом в государственной политике: курс на локальную церковную унию.

На протяжении 80-х годов XVI века стало окончательно ясно, что Москва категорически отвергает всякое церковное содружество. Идея всеобщей универсальной унии со всей восточной церковью, в том числе и московской, оказалась неосуществимой. В связи с такими обстоятельствами папской канцелярией, католической церковью, иезуитами, православным епископатом был взят курс на локальную унию западной и восточной церквей в пределах Речи Посполитой. Эту деятельность возглавил луцкий католический бискуп Бернард Матиевский. Его поддержал в то время брестский судья, а потом епископ, один из самых талантливых деятелей униатства Ипатий Потей (1541-1613).

В 1588 году в первый раз за 600 лет существования восточно-славянской православной церкви ВКЛ посетил константинопольский патриарх Иеремия II. Приехал он не от хорошей жизни, а по необходимости: греческая церковь, которая находилась под турецкой властью, ощущала большую потребность в материальной помощи, “ялмужне”, как говорили на Беларуси. Патриарх поддержал православное братское движение Беларуси и Украины, ограничив самоволие православных владык.

В 1859 году Иеремия прибыл в Москву, где был встречен с большой помпой и получил очень богатую “ялмужну”. Под давлением московских бояр и церковных иерархов Иеремия объявил о создании русского патриаршества. Первым русским патриархом стал Иов (1589-1605).

Создание московского патриаршества подтолкнуло к деятельности сторонников унии. В 1589 году с благословления того же Иеремии митрополитом западной православной церкви становится архимандрит минского Вознесенского монастыря Михаил Васильевич Рогоза, тайный сторонник унии. Он восстановия практику созыва церковных соборов, на которых присутствовали миряне. На одном из таких соборов в Бресте в 1590 году четыре православных епископа - Луцкий. Львовский, Пинский и Холмский – подписали тайный договор о согласии на унию. Их поддержал присутствующий на соборе Ипатий Потей – тогда еще светское лицо.

Однако в антиуниатских православных кругах про это еще не знали. Проводырями антиуниатской православной партии были Киевский воевода князь Константин Острожский и Новогрудский воевода Федор Скумин-Тышкевич. Они стремились укрепить братское движение, которое являлось основным оппонентом униатов. Так, в 1591-1592 годах они они ходатайствовали перед королем о выдаче определенных привилеев Львовскому братству, об утверждении уставов Минского, Брестского, Кричевского, Оршанского и других братств.

Острожский почти до 1595 года не знал о тайных договорах епископов-униатов и про то, что идею локальной унии поддерживал его соратник Ипатий Потей. Поэтому в 1593 году он рекомендовал последнего на пост Владимирского владыки. В том же году он в письме Потею изложил свое понимание церковного соглашения:

Потей как прагматичный политический и церковный деятель не без основания посчитал его утопией и не ознакомил с ним очередной церковный собор, который состоялся в 1593 году в Бресте.

До конца 1594 года сторонниками унии уже были (кроме вышеупомянутых епископов) епископ Полоцкий и витебский Григорий, архимандрит Кобринский Иона Гоголь, а также митрополит Киевский, Галицкий и всея Руси Михаил Рогоза. В конце этого года епископами-униатами были выработаны условия локальной унии – артикулы, которые были представлены сначала митрополиту Рагозе, а потом королю. Условиями соглашения были:

    1. сохранение православных обрядов;
    2. нерушимость принадлежащих православным церквей, монастырей и другой собственности;
    3. старый календарь;
    4. места в совете для епископов-униатов;
    5. защита от власти патриархов;
    6. запрет греческим монахам пересекать границы ВКЛ;
    7. отмена привилеев, которые были даны братствам;
    8. выборы Киевского митрополита епископами с благословления римского Папы; посвящение избранного епископа Киевским митрополитом;
    9. апробация всех этих артикулов универсалом короля на латинском и белорусско-украинском языках;
    10. наделение униатских священников теми же привилеями, которые есть у католических.

Подписавшие были предупреждены митрополитом, чтобы дело унии пока оставалось тайной и про нее не знали широкие круги православного духовенства, а также белорусские и украинские паны и шляхта. В то же время, дав согласие на унию, Рогоза пишет письмо Новогрудскому воеводе Федору Скумину-Тышкевичу, криводушно заверяя последнего, что без его одобрения он никогда не согласится на объединение церквей.

В начале 1595 года епископ Луцкий Кирилл Терлецкий в Кракове тайно встретился с папским нунцием и католическими бискупами и договорился с ними об унии. В то же время епископ Львовский Гедеон Балабан собрал в своей резиденции некоторых православных архимандритов (в их числе был настоятель Киево-Печерской лавры Никифор Тур) и убедил их дать письменное согласие на унию. Все это происходило тайно.

В июне 1595 от имени епископов-униатов было направлено Папе Клименту VIII “Соборное послание”, которое в Рим доставили Ипатий Потей и Кирилл Терлецкий. Послание содержало условия унии, которые в основном уже были выработаны епископами в конце 1594 года. Под ним стояли подписи ведущих православных иерархов Речи Посполитой. В послании епископы соглашались на объединение церквей на следующих условиях:

    1. верить, что Святой Дух исходит от одного начала;
    2. сохранить все обряды и церемонии восточной церкви, которые должны проходить на “нашай мове”;
    3. причащение и крещение производить без изменений;
    4. не возбуждать споры насчет чистилища, а новый календарь принять с учетом неизменности празднования Пасхи и других праздников;
    5. не принуждать к праздникам и церемониям, которых нет в восточной церкви;
    6. сохранить право священников на брак;
    7. разрешить занимать церковные должности людям “русской” греческой веры;
    8. чтобы епископы назначались митрополитом, а не Папой, а митрополит выбирался епископами, но получал грамоту на митрополию из рук Папы;
    9. митрополит и епископы-униаты должны иметь места в сенате, как и католические бискупы;
    10. обязательно получать декреты об открытии генерального сейма и провинциальных сеймиков;
    11. лишить силы постановления восточных иерархов; запретить исполнять пастырьские обязанности священникам, не подчиняющимся епископам-униатам; запретить посещать страну греческим монахам и священникам;
    12. запретить униатским священникам переходить в католичество.

“Соборное послание” свидетельствовало, что, несмотря на значительные уступки католичеству, униатская церковь стремилась сохранить определенную национальную православную окраску. В то же время оно показывало, что униаты отдают себя под власть Римского Папы, что они жестко относятся как к отечественной, так и к зарубежной православной церкви, что они намереваются монополизировать духовную жизнь страны, установить церковную цензуру, отказаться от религиозной толерантности.

Глава 6. Первая волна антиуниатского протеста. Союз православных с протестантами.

Скоро слухи про унию и ее условия стали доходить до широких кругов общества, преданных православию священников, шляхты, мещан. За годы Возрождения, Реформации, развития светской культуры население ВКЛ отвыкло от диктата епископов, привыкло жить в условиях толерантности, относительной религиозной свободы и верховенства юридического закона. Унию они восприняли как посягательство на их право свободного религиозного выбора, духовную свободу, гражданские права.

90 представителей от киевской, галицкой, волынской и подольской шляхты, собравшись в Люблине, подали в Трибунальский суд жалобу на преступный сговор епископов. В Вильне православные священники, мещане и представители братств обратились к воеводе кальвинисту Криштофу Радзивилу с просьбой о защите.

Свой голос против унии возвысили Скумин-Тышкевич и Острожский. Потей приложил большие усилия, чтобы приобщить к делу унии князя Острожского, но тот оставался непоколебимым и не соглашался на локальную унию. В июне 1595 года Острожский обратился с окружным посланием ко всем православным Речи Посполитой, в котором убеждал одноверцев оставаться преданными “вере отцов”. Антиуниатского давления не выдержал львовский епископ Гедеон Балабан и отказался от унии. Скумин-Тышкевич и Острожский обратились к королю, требую созыва церковного собора. Но Жигимонт III посчитал его созыв нецелесообразным.

В этот период устанавливается союз православных с протестантами. В то время у них были общие политические и религиозные цели, к тому же многие из них были связаны друг с другом родственными связями. На протестантский съезд в Таруни Острожский отправил своего посла с секретной письменной инструкцией, в которой говорилось, что православные и протестанты должны как можно быстрее объединиться в целях защиты своей религиозной свободы.

Глава 7. Королевский универсал от 24 сентября 1595 года. Миссия в Рим.

Тем не менее правящие круги были обеспокоены настроением Острожского, за которым стояла большая общественная и военная сила. В 1595 году на совете, который созвал король, и на котором присутствовал папский нунций, мнения разделились: одни (в том числе и нунций) советовали во имя гражданского мира и спокойствия не торопиться с делом унии, вторые – действовать решительно. Победили вторые, и епископам Потею и Терлецкому было прикпзано в скором времени отправиться в Рим к Папе.

24 сентября 1595 года король издал универсал, в котором официально объявил, что принял решение об унии католической и православной церквей во имя Речи Посполитой, общего благополучия ее граждан. Королевский универсал взволновал белорусское общество, но объектом нападок стал не король, а православный епископат, который был инициатором унии.

В пользу унии епископами, митрополитами и королем приводились аргументы гуманистического характера. О политическом смысле унии можно было узнать лишь из конфеденциальных источников, например письма Жигимонта III Папе от 24 февраля 1596 года. По мысли короля, уния должна охранять общественное сознание православных Речи Посполитой от влияния московского православия. В перспективе, считал Жигимонт III к унии надо присоединить и Московское государство. Он также хотел освободить православных Речи Посполитой от влияния греческого патриарха, которого он считал тайным агентом турок. Не трудно заметить, что для короля уния – в первую очередь акция политическая.

15 ноября 1595 года Ипатий Потей и Кирилл Терлецкий прибыли в Рим. Через 6 недель, 23.12.1595, произошла аудиенция у Папы, к которому обратился с речью Потей. От своего имени и от имени епископов-униатов он согласился на включение в исповедание веры следующих положений:

Климент VIII благословил идею унии и ее создателей. В этот же день был составлен протокол о церемонии, а в январе 1596 года Папа поставил свою подпись под документом о церковной унии. Папа внес определенные коррективы в униатский договор, например он оставил неизменными обряды восточной церкви, православный символ веры (исхождение Святого Духа только от Отца).

Глава 8. Брестская церковная уния: униатский и православный соборы.

Униатский собор в Бресте, который собрался по указу короля и митрополита, открылся 6 октября 1596 года. На нем присутствовали папские послы, представители короля, митрополит, пять из семи епископов, представители католической церкви, иезуиты, государственные деятели – воевода Николай Криштов Радзивил, канцлер ВКЛ Лев Сапега и другие духовные и светские лица. Два епископа – Гедеон Балабан (епископ Львовский) и Михаил Копысьтенский (епископ Перемышльский) унию не поддержали. Униатский собор утвердил римский договор Патея и Терлецкого и, таким образом, уния была принята.

8 октября 1596 года в “соборной грамоте” митрополита Михаила Рогозы и епископов была изложена основная идея Брестской унии. Коротко ее содержание в следующем. В христианской церкви должен быть “един господарь и шафар”, который бы “о порядку и о всем добром всех абмышлял”. Таким хозяином “от часов апостольских” являлся Папа Римский, “едины потомок Петра святого”. Это следует из “Соборов и правил святых Отец”, об этом свидетельствуют и “наши Словенские писма з Греческих з стародавна преложоные”. Этого же правила придерживались “Царигородские патриархове, от которых и сия страна Руская веру святую приняла”. Для “спасения своего и стада словесного нам от Бога врученого” необходимо восстановить церковное единство под патронатом Римского Папы. Именно с этой миссией направились в Рим Ипатий Потей и Кирилл Терлецкий, которые получили санкцию римского первосвященника на союз при условии сохранения “обрядов и церемоний церквей восточных греческих и Руских”. Этот союз и утвердил Берестейский собор. На соборе были отлучены от церкви Гедеон Балабан, Михаил Копысьтенский, архимандрит Киево-Печерской лавры Никифор Тур, 9 архимандритов, 16 протопопов и все остальные священники, не принявшие унии. Королю была направлена просьба снять с церковных должностей всех тех, кто отказался присоединиться к унии.

Параллельно с униатским собором открылся православный (на нем присутствовали также и протестанты). На соборе присутствовали К.Острожский с сыном, патриаршие экзархи Константинопольский (Никифор) и Александрийский (Кирилл Лукарис), епископы Балабан, Копысьтенский и другие православные священники (более 100 человек).

Участники собора пробовали договориться между собой, но тщетно. На предложение униатов присоединиться к церковному альянсу православными был дан следующий ответ: мы не против унии с римской церковью, но при условии, что:

    1. к этому союзу присоединится вся восточная церковь;
    2. унию благословят восточные патриархи;
    3. не будут нарушаться существующие правовые акты;
    4. между православными и католиками будут согласованы все противоречия относительно догм и обрядов.

Не трудно заметить, что это была программа универсальной унии, предложенная в свое время Острожским.

Православный собор лишил сана всех епископов-униатов. Светская часть православного собора приняла решение не подчинятьться пастырям-отступникам. Собор обратился к королю с просьбой санкционировать его решение об импичменте униатских епископов, а на их место посадить новых, избранных православными. Ключевыми аргументами были: уния готовилась тайно от народа группой предателей-архиереев; она противоречит существующим правовым актам и является посягательством на религиозную свободу; поэтому православные имеют право сопротивляться ее введению всеми средствами.

Король, как отмечалось, стал целиком на сторону униатов, о чем свидетельствует его грамота православным священникам и мирянам от 15 декабря 1596 года. Достигнуть компромисса не удалось.

Глава 9. Антиуниатский протест.

Форсирование унии было большой политической ошибкой правительства Речи Посполитой. Правительство должно было выступить в качестве государственного посредника между униатами и православными, приложить все усилия к тому, чтобы достигнуть определенного согласия. Но оно этого не сделало, и поэтому после официального введения унии началась общественная конфронтация, граничащая с гражданской войной. Развернулась острая борьба между противниками и сторонниками унии, которая шла в трех направлениях:

    1. Конституционное или правовое (на сеймах и сеймиках а также путем обращений, жалоб к королю, аппеляций к судебным организациям).
    2. Публицистическое, идеологическое, богословско-философское (униатские и антиуниатские полемические произведения, трактовка богословских, религиозно-философских вопросов).
    3. Неконституционное или противоправное (стихийные выступления, действия, нарушающие действующее законодательство, бунты, погромы).

С формально-юридической точки зрения уния была вроде бы законной, так как опиралась на официальные церковные и государственные указы. Вместе с тем эти указы противоречили существующим правовым документам, многочисленным привилеям, которые были даны православию на протяжении многовековой истории великокняжеской властью, и главным образом Статуту ВКЛ 1588 года, где свобода всех христианских вероисповеданий была закреплена в качестве правовой нормы. Поэтому аппеляция по закону к судебным инстанциям была одним из самых широких способов борьбы антиуниатской оппозиции.

После смерти князя К.К.Острожского (1608), перехода в католичество значительной части панства, реальной опорой православия становится казачество. Одним из условий преданности казаков власти РП была свобода православного вероисповедания. С введением унии и началом политики дискриминации православия казаки свою борьбу против польского засилья ведут под флагом защиты православия. Именно казаки были одной из главных сил, которая вынудила правительство Речи Посполитой в конце 20-х – начале 30-х годов XVII века пойти на значительные уступки православным.

Опорой антиуниатской оппозиции являлись монастыри. В 1615 году, например, был основан Богоявленский монастырь, который принадлежал Киевскому братству, а при нем школа. Среди православных монастырей выделялись также Свята-Духовский в Вильне, Пачаевская лавра, Киево-Печерская лавра, которую удалось таки отстоять от униатов, и другие.

  

Глава 10. Итоги Брестского варианта церковной унии.

Итак, хоть определенная часть белорусско-украинского общества и поддержала идею унии, его большинство, в первую очередь православное, ее отвергла. Несмотря на то, что уния имела довольно существенные и органичные духовно-культурные корни в жизни белорусского и украинского народов, ее брестский вариант, который готовился в тайне от широкого общества, имел ярко выраженную политическую окраску. Он, по существу, предусматривал исчезновение православия как самостоятельного религиозного вероисповедания в пределах Речи Посполитой, разрыв традиционных духовно-культурных связей. Он предусматривал декретивное, административно-командное введение унии, которое в ситуации отказа большей части общества ее принять превращалось в принуждение, насилие и чуть не привело к гражданской войне.

Уния ставила одной из своих задач отрыв западного православия от восточного.Но правительство РП не смогло защитить ни собственность, ни религиозные права белорусских православных. В результате это привело к обратному эффекту: те начали искать защиты в России. В итоге уния бросила западное православие в руки Москвы, заставила многих белорусских и украинских священников служить интересам московской православной церкви и российского самодержавия.

Судьба унии, возможно, стала бы более удачной, если бы были соблюдены два условия. Первое – уния реализовывалась постепенно и добровольно, без дискриминации и принуждения, в связи с чем этот процесс необходимо было растянуть на несколько столетий. Второе – униатство должно было стать вероисповеданием не только демократических пластов, но и белорусских и украинских магнатов и шляхты, тогда бы оно стало вероисповеданием национальным.

Глава 11. Униатская церковь в XVII-XX вв..

Исследователи доказывают, что на землях, присоединенных к Российской империи в результате первого раздела Речи Посполитой (1772) насчитывалось около 300 тысяч православных, 100 тысяч католиков и 800 тысяч униатов. Политика России на новых землях в первое время была несколько толерантной: Екатерина II в своем указе 1772 года даровала католикам и униатам “ничем не ограниченную” свободу вероисповедания. Однако на эту свободу налагалось условие, что они не будут склонять к своей вере православных. Практика показала, что свобода, тем не менее, сильно ограничивалась, правительство и православные иерархи делали все, чтобы вернуть униатов к “религии предков”. И это принесло свои плоды: на протяжении 1781-1783 годов в православие “вернулось” около 200 тысяч униатов.

После второго раздела РП (1793) начинается более решительное наступление на униатство. По инициативе Екатерины II Синодом была разработана программа постепенной ликвидации унии. Но основная часть униатов крепко держалась своего верлисповедания. Тем не менее при Екатерине II в православие были переведены около 1,5 млн. униатов, но столько же пожелали остаться в своей вере. При Павле I и Александре I административно-церковное принуждение в отношении униатов ослабилось.

После восстания 1830-1831 годов, в котором принимали участие католики и униаты, правительством был взят курс на упразднение униатства как вероисповедания и присоединение его адептов к православной церкви. 12 февраля 1839 года на униатском соборе в Полоцке под давлением царского правительства был подписан акт о “добровольном” присоединении униатов к православной церкви. На его основании Синодом был издан указ “О принятии греко-униатской церкви в полное и совершенное общение святых православно-кафолических восточныя церкви и в нераздельный состав церкви Всероссийской”. Синоидальный акт был одобрен Николаем I. Униатские епархии были ликвидированы, но переход униатов в православие растянулся до 50-х годов XIX века.

Политика дискриминации, которую проводило царское правительство и православная церковь, в отношении Белоруссии, оказала сильное воздействие на униатскую идею, но не смогла искоренить ее из народного сознания. Когда правительство приняло декрет о веротерпимости (17 апреля 1905 года) на территории Западной Беларуси начали возникать униатские общины (в 1932 году тут было 32 униатских прихода), начался массовый переход православных белорусов, бывших униатов, в католичество. Активизации униатского движения также способствовала Февральская революция 1917. В Западной Беларуси униатские союзы являлись носителями белорусского национального самосознания (при них существовали школы, драмкружки, издавались журналы на белорусском языке), поэтому польские власти относились к ним с подозрением и мешали их деятельности. Объединение Западной Беларуси с БССР привело к тому, что униатство постепенно переходило на нелегальное положение, и все же во время немецкой оккупации вновь легализовалось. В конце концов, было принято постановление о ликвидации унии и присоединении униатов к православной церкви. Это случилось на греко-католическом соборе, который произошел в марте 1946 года в Львове под контролем и охраной органов КГБ,.

Глава 12. Заключение.

С конца 80-х годов XX века в Беларуси началось новое возрождение униатской церкви. В начале 1996 года в стране насчитывалось 15 униатских союзов. Тогда же отмечался и 400-летний юбилей Брестской церковной унии. Был создан белорусский организационный комитет по празднованию годовщины, произошли научные конференции, издан ряд литературных работ. Вот что показывает современность.

И все же время требует более и более новой, фундаментальной разработки проблемы унии в ее историческом, культурном и религиозно-философском аспектах.

История религиозно-церковной унии на отечественной почве восходит к XIII – XIV векам, к началу создания белорусско-литовско-украинского государства – Великого Княжества Литовского. В это время перед народами ВКЛ и их лидерами зреют две первостепенные цели: укрепление политической и сохранение духовно-культурной независимости. Именно в свете этих важнейших задач и рассматривается удивительно интригующая и драматичная история отечественной религиозно-церковной жизни.

Многолетний трагический опыт воплощения идеи церковной унии в жизнь многому может научить. И в первую очередь тому, насколько сложно ломать “через колено” веками сложившиеся традиции и мировоззрения народа, его взгляды, ценности; этот опыт показывает, что путь к общественному согласию государства, нации, человечества лежит через взаимное уважение к иноверству и инакомыслию, терпимость друг к другу, через независимый и добровольный выбор.

Список литературы.

  1. С.А.Падокшын “Унiя, дзяржаунасць, культура”.
  2. Мн.,1998.

  3. “Белоруссия в эпоху феодализма. Сборник документов и материалов”, т.1, Мн., 1959.
  4. “З гiсторыi унiяцтва Беларусi (да 400-годдзя Брэсцкай унii)”. Мн., 1996.
  5. “Нарысы гiсторыi Беларусi”. т.1, Мн.,1994-1995.
Search All Ebay* AU* AT* BE* CA* FR* DE* IN* IE* IT* MY* NL* PL* SG* ES* CH* UK*
Search All Amazon* UK* DE* FR* JP* CA* CN* IT* ES* IN* BR* MX
Search Results from «Озон» История. Археология. Этнография.
 
Михаил Зыгарь Вся кремлевская рать. Краткая история современной России
Вся кремлевская рать. Краткая история современной России
Эта книга рассказывает об истории России на всем протяжении правления Владимира Путина, с 2000 по 2015 год. В основу книги легли документы, открытые источники и десятки уникальных личных интервью, которые автор взял у действующих лиц из ближайшего окружения Владимира Путина. Собранные воедино, факты, события, интриги и мнения героев составляют полную картину жизни Кремля, из которой впервые становится понятна логика метаморфозы Владимира Путина: как и почему из либерального прозападного президента начала 2000-х он превратился в авторитарного правителя и одного из самых ярых противников Запада.

"Путин не считал, что Россию со всех сторон окружают враги. Путин не собирался закрывать все независимые телеканалы. Путин не собирался поддерживать Виктора Януковича. Он не хотел проводить Олимпиаду в Сочи.
Его приближенные думали, что они стараются угадать его замыслы, - на самом деле они осуществляли свои."

Михаил Зыгарь



Для кого эта книга:
Книга будет интересна всем, кто хочет лучше понять историю России последнего времени и логику трансформации внешней (и внутренней) политики Владимира Путина от весьма прогрессивных реформ начала 2000-х до явно выраженного неприятия западного пути развития.

Почему книга достойна прочтения:
  • Книга написана главным редактором телеканала "Дождь" - одного из немногих в России независимых СМИ.
  • В книге собраны уникальные, нигде прежде не опубликованные факты и интервью ближайших приближенных Владимира Путина, которые дают возможность узнать много нового об истинных причинах тех или иных решениях президента России.

    Кто автор:
    Михаил Зыгарь - главный редактор единственного в России независимого телеканала "Дождь". В 2014 году был награжден международной премией International Press Freedom Award, которую присуждает Комитет по защите журналистов.
    Десять лет работал военным корреспондентом газеты "Коммерсантъ", освещал конфликты в Ираке, Ливане, Палестине, Судане, Узбекистане, революции в Украине и Киргизии. Работал заместителем главного редактора в журнале "Русский Newsweek". Совместно с Валерием Панюшкиным написал книгу "Газпром: Новое русское оружие", которая переведена на 15 языков.

    ОТЗЫВЫ:
    "Весьма информативная, удивительно хладнокровная и - что по нынешним временам совсем уж поразительно - вполне беспристрастная книга о новейшей истории государства российского. Я узнал из нее даже то, чего предпочел бы не знать."

    Борис Акунин (Григорий Чхартишвили)


    "Книга Михаила Зыгаря лучше всех моих книг о Владимире Путине. Вместе взятых. Поэтому теперь я, как завистливый нарцисс, не люблю автора и стараюсь его (но не его произведений) избегать. Просьба не разглашать эту информацию, иначе: а) мои книги окончательно перестанут продаваться; б) на меня обидится сплоченный коллектив телеканала "Дождь", столь трепетно относящийся к своему боссу."

    Станислав Белковский


    "Михаил Зыгарь - человек, которого я без преувеличения могу назвать главным моим учителем и примером первоклассной работы в современной журналистике. Это редкий пример, когда человек сочетает профессионализм и правильное ощущение современной аудитории. Все, что он делает, характеризуется двумя словами: честно и нескучно."

    Ксения Собчак


    "Я впервые прочла последовательное описание всего, что произошло за 20 лет. Самое серьезное исследование и возможность все узнать от первых лиц."

    Светлана Алексиевич, лауреат Нобелевской премии по литературе 2015 г.

    ...

  • Цена:
    493 руб

    Леонид Парфенов Намедни. Наша эра. 1931-1940
    Намедни. Наша эра. 1931-1940
    Восьмой по счету, этот том книжного проекта "Намедни. Наша эра" - про 1930-е. Среди событий-людей-явлений: Большой террор и Битва за Британию, Ворошиловский стрелок и "Веселые ребята", Гитлер и Голодомор, "Золотой теленок" и "Закон о трех колосках", Каганович и "Кукарача", "Краткий кур" и "Катюша", Павлик Морозов и пакт Молотова-Риббентропа, Рузвельт и "Рабочий и колхозница", Торгсин и тюбетейки, убийство Кирова и "Утомленное солнце", Хрущев и Халхин-Гол, Циолковский и ЦПКиО.

    В томе около 500 иллюстраций - фотографии, плакаты, карикатуры, репродукции картин тех лет.

    Об авторе:
    Леонид Парфенов (1960 г.) родился и вырос в Вологодской области. После факультета журналистики Ленинградского университета работал в региональных и всесоюзных СМИ, с 1986 г. - на Центральном ТВ. В 1993-2004 году - на НТВ. Соавтор проекта "Старые песни о главном", автор и ведущий документальных сериалов "Намедни 1961-1991", "Живой Пушкин", "Российская империя", многих цикловых телепрограмм. Теледокументальные проекты последних лет: "Птица-Гоголь", "Зворыкин-Муромец", "Хребет России", "Глаз Божий", "Цвет нации", "Русские евреи". Книжный проект "Намедни. Наша эра" выходит с 2009 года, том 1931-1940 - восьмой по счету.

    Цитата:
    "Намедни. Наша эра. 1931-1040" выходит в год 100-летия Октябрьской революции. Как отмечать юбилей, да и чем вообще был СССР в отечественной истории? - все еще дебатируемые вопросы. Советскому периоду посвящена большая часть этого проекта. Чтобы относиться - давайте осваивать
    - Леонид Парфенов

    Теги:
    Намедни, история, события, люди, явления, 1930, Большой террор, Рабочий и Колхозница, архитектуры

    ...

    Цена:
    1997 руб

    Е. Ю. Спицын История России в картах, портретах и фотографиях с древнейших времен до конца XX века
    История России в картах, портретах и фотографиях с древнейших времен до конца XX века
    Уважаемые читатели, вы держите в руках в прямом смысле уникальную книгу, которая никогда не издавалась в нашей стране. Это не просто история России в привычных схемах и текстовках, это иллюстрированная история России, в которой представлено более 90 исторических карт, почти 80 уникальных аутентичных документов, о которых многие слышали, но никогда не видели и т.д. Но самым ценным является то обстоятельство, что впервые под одной обложкой собраны более 120 уникальных групповых фото из жизни высшего руководства нашей страны XX века и портреты почти 800 исторических персонажей, оставивших заметный след в истории нашей страны. Здесь представлены не только привычные портреты всех князей, царей и императоров, но и портреты всех крупнейших государственных деятелей, полководцев и военачальников императорской России и Советского Союза, великих ученых, производственников и конструкторов - создателей советского ядерно-ракетного щита нашей страны и т.д.
    Конечно, данная книга будет очень интересна всем любителям истории, но, безусловно, она сослужит самую добрую службу, прежде всего, учителям и детям, особенно тем, кому предстоит сдавать экзамены по истории нашего Отечества....

    Цена:
    900 руб

    Борис Акунин История Российского Государства. Между Европой и Азией. Семнадцатый век
    История Российского Государства. Между Европой и Азией. Семнадцатый век
    Продолжение масштабного проекта Бориса Акунина!

    История Отечества в фактах и человеческих судьбах!
    Уникальный формат: мегатекст состоит из параллельных текстов: история России в восьми томах + исторические авантюрные повести.
    Суммарный тираж изданных за два года книг проекта - более 600 000 экземпляров!
    Тома серии богаты иллюстрациями: цветные по мелованной бумаге в исторических томах, стильная графика - в художественных!

    "Проект будет моей основной работой в течение десяти лет. Речь идет о чрезвычайно нахальной затее, потому что у нас в стране есть только один пример беллетриста, написавшего историю Отечества, - Карамзин. Пока только ему удалось заинтересовать историей обыкновенных людей".
                                                                                                             Борис Акунин

    Семнадцатый век представляется каким-то потерянным временем, когда страна топталась на месте, но в истории Российского государства этот отрезок занимает совершенно особое место, где спрессованы и "минуты роковые", и целые десятилетия неспешного развития. Наиболее тугим узлом этой эпохи является Смута. Это поистине страшное и захватывающее зрелище - сопоставимый по масштабу кризис в России повторится лишь триста лет спустя, в начале ХХ века. Там же, в семнадцатом веке, нужно искать корни некоторых острых проблем, которые остаются нерешенными и поныне. Книга "Между Европой и Азией" посвящена истории третьего по счету российского государства, возникшего в результате Смуты и просуществовавшего меньше столетия - вплоть до новой модификации. 

    Об авторе:
    Борис Акунин (настоящее имя Григорий Шалович Чхартишвили) - русский писатель, ученый-японист, литературовед, переводчик, общественный деятель. Также публиковался под литературными псевдонимами Анна Борисова и Анатолий Брусникин. Борис Акунин является автором нескольких десятков романов, повестей, литературных статей и переводов японской, американской и английской литературы. 
    Художественные произведения Акунина переведены, как утверждает сам писатель, более чем на 30-ть языков мира. По версии российского издания журнала Forbes Акунин, заключивший контракты с крупнейшими издательствами Европы и США, входит в десятку российских деятелей культуры, получивших признание за рубежом. 
    "Комсомольская правда" по итогам первого десятилетия XXI века признала Акунина самым популярным писателем России. Согласно докладу Роспечати "Книжный рынок России" за 2010 год, его книги входят в десятку самых издаваемых. 

    О серии:
    Первый том "История Российского Государства. От истоков до монгольского нашествия" вышел в ноябре 2013 года. Вторая  историческая книга серии появилась через год. Третий том "От Ивана III до Бориса Годунова. Между Азией и Европой" был издан в декабре 2015 года. Главная цель проекта, которую преследует автор, - сделать пересказ истории объективным и свободным от какой-либо идеологической системы при сохранении достоверности фактов. Для этого, по словам Бориса Акунина, он внимательно сравнивал исторические данные различных источников. Из массы сведений, имен, цифр, дат и суждений он попытался выбрать все несомненное или, по меньшей мере, наиболее правдоподобное. Малозначительная и недостоверная информация отсеялась. Это серия создавалась для тех, кто хотел бы знать историю России лучше. Ориентиром уровня изложения отечественной истории Борис Акунин для себя ставит труд Николая Карамзина "История государства Российского".

    ...

    Цена:
    1120 руб

    Мэри Бирд SPQR. История Древнего Рима
    SPQR. История Древнего Рима
    Книги по истории Древнего Рима или пугают непривычного читателя шеренгами незнакомых лиц, понятий и мест, или все упрощают. Мэри Бирд предлагает иной подход: мы быстро погружаемся в увлекательную историю, удаленную от нас на 2000 лет и больше; мы многого про нее не знаем, но все равно на ней построены почти все современные политические системы мира. Знакомство не будет простым, но без него обойтись нельзя: не зная ничего о Древнем Риме, мы не поймем современность.
    Виктор Сонькин,
    автор книги "Здесь был Рим", лауреат премии "Просветитель"

    Благодаря Мэри Бирд далекое прошлое кажется живым и увлекательным. Она обладает удивительной способностью убеждать, что античность - это стоящая тема для дискуссий.
    Sunday Times

    Мы встречаемся с образами и историей Древнего Рима в науке, литературе, искусстве. Но насколько близки к реальности наши представления об эпохе, на которую опирается вся западная цивилизация? Ведущий мировой специалист по древней истории Мэри Бирд в своей книге "SPQR: История Древнего Рима" объясняет, почему нам так важна римская история, каким образом маленький, ничем не примечательный городок Центральной Италии превратился в империю трех континентов.
    Название "SPQR" - аббревиатура латинского выражения senatus populus que romanus, означающего "сенат и народ Рима". Сенат дал название современным законодательным собраниям по всему миру.
    SPQR - книга о Риме и о том, как он сохранял свое господство несколько веков подряд, о его жителях, императорах и заговорщиках. Описывая взаимоотношения власти и человека, политическое устройство и конфликты, становление государственности и империи, знаменитых и никому не известных римлян, автор посредством научных данных разрушает мифы.
    Изложение истории Древнего Рима начинается с середины I в. до н. э., когда Рим уже был обширной метрополией с населением больше миллиона жителей, с предвестия переворота и описания звездного часа Цицерона. А заканчивается кульминационным моментом, когда в 212 г. император Каракалла дал всем свободным жителям Римской империи право полного римского гражданства, уничтожив различия между победителями и побежденными.

    Почему книга достойна прочтения
    - Здесь есть все лучшее, что читатель может найти в научно-популярной литературе: глубокое и всестороннее знание предмета, великолепный язык, ощущение пульсации повседневной жизни.
    - С увеличением числа находок, обнаруженных в грунте, подземных водах и даже в библиотеках, историография Древнего Рима претерпела сильные изменения за последние 50 лет. Книга содержит актуальные научные данные.
    - Эта книга - исторический спектакль, связь между прошлым и настоящим. Удивительно, как много похожих событий и параллелей с сегодняшним днем читатель найдет в истории о Древнем Риме.

    Об авторе
    Мэри Бирд - профессор истории Древнего мира Кембриджского университета, редактор раздела антиковедения The Times Literary Supplement (литературное приложение к The Times). Получив признание в мировом научном сообществе, стала членом Британской академии и Американской академии искусств и наук. Удостоена высших наград: Ордена Британской империи, Премии национального общества книжных критиков, Премии принцессы Астурийской.

    Ключевые понятия
    История Древнего Рима, сенат и народ, Цицерон, Катилина, Ганнибал, Цезарь, Клеопатра, Август, Нерон, император.

    У данной книги обложка выполнена с потертостями, как на фото.
    ...

    Цена:
    683 руб

    Никколо Макиавелли История Флоренции
    История Флоренции
    Никколо Макиавелли - один из самых известных итальянских политических мыслителей эпохи Возрождения, писатель, историк, драматург, военный теоретик. Его политический трактат "Государь" - самая значительная и неоднозначная работа эпохи Возрождения в этом жанре. Долгие годы эта книга ассоциировалась с политикой яда и кинжала. После выхода в свет "Государя" появился термин "макиавеллизм", обозначающий цинизм, вседозволенность, двуличие в политике. Однако сегодня многие положения автора воспринимаются как сами собой разумеющиеся, найдя свое воплощение в истории ХХ века.
    Представляем читателям самое крупное сочинение автора "Историю Флоренции", в котором Макиавелли излагает захватывающую историю своей родины, - произведение, по ясности стиля и глубоким размышлениям ни в чем не уступающее великим историческим трактатам Античности....

    Цена:
    140 руб

    Дмитрий Опарин, Антон Акимов Истории московских домов, рассказанные их жителями
    Истории московских домов, рассказанные их жителями
    Это рассказ о двадцати пяти жилых московских домах, построенных с XVII века по 1920-е годы. Каждая глава посвящена одному дому и состоит из исторического экскурса и воспоминаний жителей, сопровождается архивными документами, старыми и новыми фотографиями дома. Несколько лет автор текстов Дмитрий Опарин и фотограф Антон Акимов вели рубрику об исторических домах в журнале "Большой город". Когда рубрика закончилась, они продолжили собирать воспоминания жителей, искать старые фотографии и архивные документы, пробираться на чердаки и черные лестницы, фотографировать сохранившийся паркет и покрашенную в несколько слоев лепнину. В результате получилась эта книга....

    Цена:
    709 руб

    Н. М. Карамзин История государства Российского. В 12 томах. В 2 книгах (комплект из 2 книг)
    История государства Российского. В 12 томах. В 2 книгах (комплект из 2 книг)
    "Карамзин есть первый наш историк и последний летописец..." - писал А.С. Пушкин о своем великом современнике Николае Михайловиче Карамзине. Знаменитый историк, писатель и просветитель, Н.М. Карамзин обратил свой 12-томный труд - "Историю государства Российского" - ко всем россиянам, современникам и потомкам. Эта книга стала важнейшим событием в жизни общества, эпохой в изучении прошлого нашей страны. Этот фундаментальный труд изменил лицо русской культуры. Во многом благодаря заслугам H.М. Карамзина русская культура во всех ее жанрах вошла в свой блистательный XIX век как великая мировая культура.
    Предлагаемое читателю иллюстрированное издание "Истории государства Российского" приурочено к 250-летнему юбилею Н.М. Карамзина. Издательство впервые представляет современному российскому читателю полный цикл рисунков из альбома "История государства Российского в изображениях державных его правителей" профессора исторической живописи Императорской Академии художеств В.П. Верещагина и полный цикл редчайших литографий Б.А Чорикова из серии "Живописный Карамзин". Издание снабжено обширными современными комментариями и примечаниями, которые поясняют малоизвестные реалии, а также приводят биографические данные об упоминаемых Карамзиным исторических личностях. В приложении публикуется не вошедшая в основной свод "Записка о древней и новой России в ее политическом и гражданском отношениях". Издание снабжено подробным указателем.
    Предисловие - В. Яськов. Комментарии и примечания - В. Яськов, А. Хорошевский, А. Жемерова....

    Цена:
    1729 руб

    Андре Моруа История Англии Histoire De Langleterre
    История Англии
    Андре Моруа, классик французской литературы XX века, автор знаменитых романизированных биографий Дюма, Бальзака, Виктора Гюго, Шелли и Байрона считается подлинным мастером психологической прозы. Однако значительную часть наследия писателя составляют исторические сочинения. В «Истории Англии», написанной Моруа в 1937 году и впервые переведенной на русский язык, автору с блеском удалось создать удивительно живой и эмоциональный портрет страны, на протяжении многих столетий, от неолита до наших дней, бережно хранившей и культивировавшей свою идентичность, свои традиции и национальную гордость....

    Цена:
    892 руб

    С. О. Гусев Каталог монет Императорской России 1682-1917. Выпуск 2
    Каталог монет Императорской России 1682-1917. Выпуск 2
    - 1900 цветных изображений монет и разновидностей - 192 страницы полезной информации - включены монеты "чешуйки" - Цены на монеты в рублях - Удобная навигация по каталогу, за счет горизонтальных и вертикальных плашек на всех страницах - Цель каталога: сделать идентификацию монеты доступной для любого человека - Ламинированая обложка с повышенной износостойкостью - Формат чуть меньше А5, для удобного ношения в кармане - Самый доступный по цене....

    Цена:
    374 руб

    Система исторических знаний. 500 самых важных понятий.

    Интерактивный учебный аудио-курс «Система исторических знаний. 500 самых важных понятий» представляет 500 самых важных понятий в области истории, которые необходимы как студентам высших учебных заведений, так и профессионалам. Ясное понимание этих понятий и умение четко формулировать их смысл — залог успеха и авторитета в профессиональной среде.

    2013 Copyright © HistoryCenter.ru Мобильная Версия v.2015 | PeterLife и компания
    История в датах и событиях. Исторические факты, зарубежная и отечественная история, реформы, политика. Исторические источники, историческая география. Национально-государственное устройство. Реформы. Политика. Законодательство.
    Пользовательское соглашение использование материалов сайта разрешено с активной ссылкой на сайт. Партнёрская программа.
    Яндекс.Метрика Яндекс цитирования